2 июл. 2017 г.

Заповедные истории. Синий соловей. - Кочетков Денис



Поочерёдно,
одна за другой, гаснут звёзды. Окрест разливаются серые сумерки,
пробирается за шиворот студёная прохлада раннего утра. Обильно
высыпавшая роса, попадая на одежду, пропитывает её, холодит руки и ноги.
Позднеиюньский лес не изобилует птичьими трелями – большинство пернатых
обитателей погрязли в семейных хлопотах, им не до делёжки территории.
Издалека доносится печальный свист пёстрого дрозда, ему вторит
незатейливой повторяющейся мелодией бледный. Сквозь сомкнутый полог леса
пробиваются первые краски зари, они постепенно разгораются и блекнут,
не набрав силы. Вслед за дроздами начинают петь синие соловьи. Звонкими
колокольчиками дребезжат они и среди высоких, разлапистых дубов, и среди
тощих кривых ольхушек, и среди густых кустарниковых зарослей.





Лиановый хвойно-широколиственный лес - идельное место для синего соловья.


Иногда его получается увидеть.

Синий
соловей поселяется преимущественно в густых, захламлённых валёжником,
лесах с обильным кустарниковым подлеском. Идёшь по такому лесу не спеша,
постоянно сбивая натянутые паутинки, отмахиваешься то от бесчисленных
комаров, то от свирепствующего мокреца. В тени густых крон эти мелкие
мошки прекращают злобствовать лишь в полуденные часы, передавая эстафету
любящим дневное тепло разнообразным слепням.
Несмотря на то, что это
обычная для юга Дальнего Востока птица, увидеть его – большая удача. А
уж ежели повезёт разглядеть, считай, и день прошёл не впустую.



Чаще всего так.


Или так.

Как
правило, продираясь сквозь густой кустарник, человек производит столько
шума, что птицы разлетаются задолго до его приближения. Мелькнёт в гуще
перевитой лианами лещины тёмный силуэт, задержится на минутку, присев
на подвернувшийся сучок, да и полетит дальше. Не успеешь проследить
направление, и поминай как звали. В этом зелёном царстве разглядеть
маленькую птичку совсем не просто. Соловьи – скрытные птицы, а уж синий
среди них, не имеет себе равных. Вроде бы совсем рядом звенит, кажется
за соседним кустиком, но, сколько ни всматривайся, все глаза «сломаешь».
Такой вот он, мастер маскировки в нарядном сине-белом одеянии. В лесу,
наполненном бликами света и тёмными пятнами тени, такая яркая раскраска
действует как маскхалат, расчленяя птичку на две части. За всю мою жизнь
на Дальнем Востоке, синий соловей не часто попадал в поле зрения.
Правда и специально его искать не доводилось.



Кустарниковые заросли - дом для соловья.


Счастливая минута.

И
вот, в конце июня нынешнего года, во время работ в заповеднике Бастак,
случилась особенная встреча. С кордона, где мы жили, можно было услышать
с десяток соловьёв. Не особо надеясь их увидеть, я время от времени
проходил вдоль маленького ручейка, по пойменному, слегка заболоченному
ольшанику, с обильным кустарниковым подлеском и молодыми деревцами
маньчжурского ясеня. Здесь были вкопаны стаканчики-ловушки на землероек,
и уже через пару дней получилась вполне заметная утоптанная тропка.
Вот
на этой тропке и произошла встреча с пернатым красавцем. Выпорхнув из
кустов, сел он не в гущу ветвей, а на открытый сучок. Хоть и далековато,
а такое редко бывает. Как всегда, мне «везёт» - через пару кадров
садится аккумулятор, запасной же лежит на кордоне. Приходится идти за
ним и возвращаться назад. И о чудо! Соловей вновь вылетает и садится,
хоть и не открыто, но разглядеть его в бинокль можно без труда.



Самец синего соловья на молодом маньчжурском ясене.


Пойменный лес с ручьём - место, где посчастливилось наблюдать за синим соловьём.

Синяя
спина оторочена чёрной маской – усами, тянущимися вдоль белого горла.
Идёт третья декада июня, и оперение птицы уже не такое блестящее, как
весной: кончик хвоста поистрепался, кое-где торчат поломанные пёрышки.
Птица продолжает сидеть, издавая металлическое пиканье, постоянно
приплясывая и подёргивая вверх-вниз хвостом. Постепенно пиканье
ускоряется и переходит в заливистую трель, напоминающую звон
колокольчика. Где-то рядом ему вторит соседний самец.
Ещё через пару
дней посчастливилось наткнуться на гнездо. Синие соловьи гнездятся в
сильно закустаренных зарослях, строя маленькую аккуратную чашечку под
нависшими дернинами обрывов старых русел, под выворотнями и в полостях
среди корней начинающих заваливаться деревьев.



Гнездо синего соловья спрятано под старым пеньком.


Самец с порцией корма.

Однажды,
проходя по лесу, я присел на упавшую, но продолжающую расти ольху и
буквально под ногами услышал странный звук, повторяющийся время от
времени. Осмотрев все кочки и неровности почвы, я обнаружил, тут же, на
тропе, небольшую коряжку сгнившего стволика, а под ней гнездо соловья, в
котором сидел уже начавший оперяться птенец. Деликатные скрытные
родители, чтобы не выдать месторасположение гнезда даже не пытались меня
отвлечь, скромно пощёлкивая в пятнадцати - двадцати метрах, так, что я
был в полной уверенности, что мы не сильно мешаем нашим соседям.
Тут
возникла идея провести наблюдение за гнездом. Соорудив наспех под
развесистым кустом спиреи из веток ольхи скардок, я устроился с
фотоаппаратом.



Самка синего соловья окрашена скромнее и на глаза показываться не любит.


Кушай, деточка, расти большим и сильным.

Сидеть
было неудобно, длинные ноги постоянно затекали, а выпрямиться и прилечь
не было возможности. Хозяева гнезда осмотрели со всех сторон
появившуюся вдруг кучу веток, беспокойно пощёлкали для приличия, минут
десять, и не найдя особой угрозы, занялись своими делами. Птенец, по
каким-то причинам, был всего один, и родители вели себя довольно
вольготно. Самец являлся раз в час, с набитым всякой беспозвоночной
мелочью, клювом. В основном это были гусеницы. Пощёлкивая, он сначала
усаживался на дерево, затем на мой скрадок и уже потом подлетал к
птенцу. Расположившись у гнезда, папаша выгружал корм и поочерёдно
запихивал гусениц в глотку голосящего чада. Когда провизия
заканчивалась, соловей улетал. Вслед за ним являлась самка. Молча,
практически без предупреждения, она пикировала к гнезду с одинокой
гусеницей в клюве, запихивала её, забирала, если надо, капсулу с
экскрементами, и мгновенно улетала. Более осторожная мамаша и возле
гнезда вела себя достаточно скрытно, подлетая к нему ненадолго каждые
пятнадцать-двадцать минут.



Перед взлётом.


Такой вот он, синий соловей.

В связи с этой особенностью и фотографий её у меня оказалось совсем немного – нажать на спуск я успевал лишь в момент отлёта.
К
пяти вечера, когда солнечные лучи перестали проникать до земли и под
кронами леса сгустились тени, я распрямил затёкшие конечности, разобрал
своё укрытие и покинул это место, с надеждой, что наше случайное грубое
вмешательство не повредит птицам и их птенец, повзрослев, пополнит племя
лесных невидимок.



Заповедные истории. Синий соловей. - Кочетков Денис

Комментариев нет:

Отправить комментарий